Учитывая рост обращений с жалобами на зависимость от компьютера и интернет, я сделал небольшой микст из материалов на тему интернет-зависимости. Нижеизложенные материалы, на мой взгляд, наиболее полно освещают данную проблему. Важно понимать, что зависимость – это болезнь, при которой человек уже не принадлежит себе полностью. Понимание, поддержка и эмоциональный контакт с зависимым человеком необходимы для того, чтобы ему помочь. Основной принцип лечения зависимости – замещение. Свято место пусто не бывает, и нельзя разрушать старый дом, не построив заранее новый. Преодоление зависимости заключается в выстраивании новой системы самоосознания человека, в которой он учится заново взаимодействовать с окружающим его миром. При этом процессе очень важна поддержка и помощь близких. Если такой возможности нет, то показана групповая терапия – наиболее эффективный метод преодоления зависимости на сегодняшний день. Профессиональная помощь врача-психотерапевта в качестве ведущего группы и эмоциональная поддержка других участников группы в течении времени приводят к позитивным изменениям и преодолению зависимости.
Об авторе:
Доктор Кимберли С. Янг (Kimberley S. Young), профессор психологии Питсбургского университета в Брэтфорде, автор, книги "Caught in the Net” ("Пойманные в Сеть”), переведенной на многие языки и имеющие читательский рейтинг 5 звездочек на Amazon Books. Она является основателем Центра помощи людям, страдающим интернет-зависимостью (Center for On-Line Addiction – www.Netaddiction.com). Центр, созданный в 1995 г, консультирует психиатрические клиники, образовательные заведения и корпорации, которые сталкиваются со злоупотреблением Интернетом. Благодаря своим научным трудам и активной практической работе, доктор Янг стала известна во всем мире. Ее исследования широко освещаются в средствах массовой информации, включая New York Times, Wall Street Journal, Newsweek и U.S. News & World Report, национальные телекомпании различных стран.
Диагноз "интернет-зависимость”.
Термин "зависимость" (addiction) был заимствован из лексикона психиатров для облегчения идентификации проблемы Интернета путем ассоциации ее с характерными социальными и психологическими проблемами. Всего может наблюдаться от 1 до 10 симптомов, в которые входят чрезмерное время, проводимое в сети, увеличивающееся беспокойство при нахождении в реальном мире, ложь или скрывание количества времени, проведенного в киберпространстве или же вялое функционирование в реальном мире. Частично это исследование доказывает, что злоупотребление Интернетом ведет к социальной изоляции, увеличивающейся депрессии, распаду семьи, неудачам в учебе, финансовому неблагополучию и к потере работы.
"Интернет-зависимость" - это широкий термин, обозначающий большое количество проблем поведения и контроля над влечениями. Основные пять типов, которые были выделены в процессе исследования, характеризуются следующим образом:
1. Киберсексуальная зависимость – непреодолимое влечение к посещению порносайтов и занятию киберсексом. 2. Пристрастие к виртуальным знакомствам - избыточность знакомых и друзей в Сети. 3. Навязчивая потребность в Сети - игра в онлайновые азартные игры, постоянные покупки или участия в аукционах. 4. Информационная перегрузка (навязчивый web-серфинг) - бесконечные путешествия по Сети, поиск информации по базам данных и поисковым сайтам. 5. Компьютерная зависимость - навязчивая игра в компьютерные игры (стрелялки – Doom, Quake, Unreal и др., стратегии типа Star Craft, квесты)
Качественный анализ показал, что главенствующим фактором, благодаря которому все эти явления получили широкое распространение, является анонимность личности в Сети. Особенно анонимность увязана с четырьмя главными расстройствами:
1. Усиление различных отклонений от нормы, ложь и даже совершение криминальных действий типа просмотра и скачивания непристойных или же вовсе запрещенных картинок (детская порнография), которые широко распространены на многих сайтах. Важно чтобы люди, которые развлекаются просмотром подобных изображений, тем самым удовлетворяя свои сексуальные фантазии, не пытались контактировать с детьми в реальной жизни. Такое поведение очень часто начинается как любопытство и заканчивается как влечение. В таких случаях показана психотерапия, направленная на нормализицию сексуальных влечений с целью уменьшения потенциального риска.
2. Виртуальный мир, в котором человек чувствует себя намного комфортней, чем в реальной жизни создает угрозу для успешности реальной жизни. В подобных случаях используется персональная психотерапия, целью которой является уменьшение желания сбежать из реального мира.
3. Интерактивные компоненты сети облегчают создание кибер-зависимости, которая негативно влияет на внутрисемейные отношения и стабильность семьи как таковой, что в первую очередь ведет к отдалению людей в реальной жизни и к разводу. В этом случае применяется индивидуальная и семейная терапия, в процессе которой супруги работаю вместе над примирением и воссозданием семьи после измен в сети.
4. Возможность создания альтернативных он-лайн персонажей, в зависимости от настроения и желания самого пользователя, что создает возможность уйти от реального мира с его эмоциональными проблемами (например, стресс, депрессия, беспокойство), или же от простых жизненных сложностей (обилие работы, проблемы в учебе, внезапная безработица, расстройства в семье). Мгновенное бегство в фантастический мир Интернет служит поддержкой для привыкания, за которым следует ухудшение настроения и психологические разногласия, которые лечатся психотерапией и, в случае необходимости, фармакологическим вмешательством.
Влечение к Интернету развивается благодаря трем главным факторам:
* Доступность информации, интерактивных зон и порнографических изображений. * Персональный контроль и анонимность передаваемой информации. * Внутренние чувства, которые на подсознательном уровне устанавливают больший уровень доверия к общению в он-лайн. Модели подобные этой упрощают понимание основных проблем и позволяют более эффективно планировать курс лечения.
Краткий тест, с помощью которого можно определить степень зависимости от Интернета.
1. Чувствуете ли Вы себя озабоченным Интернетом (думаете ли Вы о предыдущих он-лайн сеансах и предвкушаете ли последующие)? 2. Ощущаете и Вы потребность в увеличении времени, проведенного в Сети? 3. Были ли у Вас безуспешные попытки контролировать, ограничить или прекратить использование Интернета? 4. Чувствуете ли Вы себя усталым, угнетенным или раздраженным при попытках ограничить или прекратить пользование Интернетом? 5. Находитесь ли Вы он-лайн больше, чем предполагали? 6. Были ли у Вас случаи, когда Вы рисковали получить проблемы в работе, учебе или в личной жизни из-за Интернета? 7. Случалось ли Вам лгать членам семьи, врачам или другим людям чтобы скрыть время пребывания в Сети? 8. Используете ли Вы Интернет для того, чтобы уйти от проблем или от дурного настроения (например, от чувства беспомощности, виновности, раздраженности или депрессии)?
Пациент считается интернет-зависимым в случае пяти или более положительных ответов на эти вопросы.
Как распознать появление у человека киберсексуальной зависимости?
В отличии от открытой (физической) измены, поймать супруга при занятии киберсексом намного труднее. Здесь поможет выявление первых признаков для того, чтобы потом ориентироваться в ситуации и совершать обдуманные поступки.
1. Изменения в режиме сна - чаты и други места встреч в виртуальном мире оживают ближе к ночи, поэтому неверному супругу придется задерживаться допоздна, чтобы участвовать в этом. Часто такие люди отправляются в постель уже утром, или наоборот, встают на несколько часов раньше чтобы обменяться романтическими письмами со своими партнерами.
2. Потребность в скрытности - если кто-то начинает лгать в реальной жизни, то это может быть симптомом того, что он пытается скрыть свои виртуальные отношения от семьи. В первую очередь это может выражаться в попытках организовать секретность вокруг компьютера и информации. Компьютер может быть перенесен в дальний угол комнаты запираться на ключ. Также должна насторожить смена паролей и любое другое окружение его секретностью. Если такого человека потревожит в то время, когда он будет находиться он-лайн, то это может вызвать у него злобную или защитную реакцию.
3. Игнорирование домашних забот - с возрастанием времени, проведенного он-лайн, время отведенное на выполнение домашних обязанностей уменьшается и они часто остаются невыполненными. Это не является автоматическим знаком кибер-зависимости, но если посуда остается невымытой, белье невыстиранным, то это должно послужить знаком, что внимание человека обращено на что-то другое. Обычно в семьях обязанности разделены между ее членами, и их невыполнение означает, что, возможно, у человека возникли какие-то посторонние отношения, которые он ставит выше семейных.
4. Очевидная ложь - сюда можно отнести такие моменты, как скрывание счетов от провайдера, телефонных счетов за звонки кибер-любовникам и ложь о необходимости использовать Интернет в таком большом объеме. Многие лгут, чтобы скрыть свои виртуальные связи.
5. Изменения в характере - у кибер-зависимых людей наблюдаются заметные отличия в настроении, поведении по сравнению с поведением до начала использования Интернета. Например, нежная и ласковая жена может стать холодной и безучастной, а веселый и жизнерадостный муж - спокойным и серьезным. Если их спросить о таких изменениях, то ответом скорее всего окажется какое-нибудь рациональное объяснение или же ответа не будет вовсе. Для людей, которые пристрастились к Интернету подобные разговоры будут казаться лишь досадной помехой, которая мешает им проводить время так, как они хотят.
6. Потеря интереса к сексу - некоторые киберзависимости превращаются в занятие сексом по телефону и другие сексуальные развлечения. Когда кто-то из супругов неожиданно теряет интерес к сексу, это может быть индикатором того, что появился какой-то другой выход сексуальных эмоций. Это может выражаться в вялости, безразличию к ухаживаниям и потере энтузиазма.
7. Общее безразличие к семейным отношениям - эти люди просто не хотят участвовать в семейной жизни, предпочитая ей Интернет. Они выполняют свои обязаности как какие-то ритуалы безо всякого интереса. Они избегают говорить о каких-либо долгосрочных планах, не получают удовольствия от совместных поездок на природу. Часто они проводят свое время с кем-то другим и все их мысли сосредоточены на своих кибер-партнерах, а не на реальных людях.
Интернет-зависимость и киберсексуальное влечение в частности обычно являются симптомами скрытой проблемы, которая присутствует в семье еще до того, как Интернет вошел в жизнь супругов. Эта проблема может включать в себя:
* недостаточное общение, * сексуальная неудовлетворенность, * разногласия в подходах к воспитанию детей, * отказ он поддержки семьи и друзей, * финансовые проблемы.
После того, как кого-либо из супругов удается избавить от кибер-зависимости, главной целью семейной терапии становится восстановление доверия и теплой обстановки в семье. Знание тревожных симптомов, приведенных выше, поможет вовремя заметить возникновение кибер-зависимости. Семьи с проблемами наиболее подвержены риску. Виртуальные отношения легко возносятся в ранг идола, что впоследствии разрушает отношения семейные и усиливает старые проблемы. Чтобы спасти такие семьи, психологи должны помочь супругам воссоздать атмосферу интимности и доверия. При этом надо аккуратно обратить особое внимание на роль компьютера в семейных неудачах.
Пользователи с серьезными психологическими проблемами могут пойти по "простому"пути, избрав виртуальное общение как основное и усугубив таким образом свои проблемы. Типичная ситуация: он или она не умеет общаться, заводить друзей и испытывает непреодолимую робость в общении с представителями противоположного пола. И тут на помощь приходит Сеть. Место, где вам рады, где вы с легкостью найдете единомышленников, друзей или, на худой конец, собеседников.
Зачем поддерживать старые связи, зачем думать о повседневных проблемах и строить реальные отношения, когда есть такая возможность быть выслушанным и понятым? И World Wide Web может стать настоящей паутиной, из которой очень нелегко вырваться.
Понятие Интернет-зависимости (Internet Addiction Disorder) было впервые введено в начале 1990-х для описания патологической, непреодолимой тяги к использованию Интернета. Собственно зависимость - это стремление постоянно переживать некое состояние, за которое клиент готов платить как деньгами, так и негативными последствиями.
В последние годы, отмечает специалист Центра когнитивной терапии (Center for Cognitive Therapy) Артур Хорват (Arthur T. Horvath), наряду с зависимостью от алкоголя, сигарет, еды и наркотиков исследователи наблюдают примеры зависимости от видов деятельности - азартных игр, импульсивной сексуальной активности, клептомании (краж из магазинов), потребности тратить деньги и др.
В августе 1997 список видов "нематериальной" зависимости пополнился: патологическое использование Интернета (Pathological Internet Use, сокращенно PIU) стало обозначением официально признанного психического расстройства. Однако многие психотерапевты говорят, что Интернет-зависимость не есть самостоятельное заболевание. Как правило, этот диагноз свидетельствует о других, серьезных проблемах клиента - депрессия, коммуникационные проблемы и др. Все они, на мой взгляд, так или иначе являются признаками неспособности справиться со стрессом и формами той или иной дезадаптации в реальной жизни. Генетически заложенный, но нерастраченный запас страстей, человек стремится разделить с анонимным и виртуальным другим.
Проблема аддикции (патологической зависимости) начинается тогда, когда стремление ухода от реальности, связанное с изменением психического состояния, начинает доминировать в сознании, становясь центральной идеей, вторгающейся в жизнь, приводя к отрыву от реальности. Происходит процесс, во время которого человек не только не решает важных для себя проблем (например, бытовых, социальных), но и останавливается в своем личностном развитии. Этому процессу могут способствовать биологические (например, индивидуальный способ реагирования на алкоголь, как на вещество, резко изменяющее психическое состояние), психологические (личностные особенности, психотравмы), социальные (семейные и внесемейные взаимодействия) факторы. Важно отметить, что аддиктивная реализация включает в себя не только аддиктивное действие, но и мысли о состоянии ухода от реальности, о возможности и способе его достижения [1].
Что делает Интернет притягательным в качестве средства "ухода” от реальности?
- возможность анонимных социальных интеракций (здесь особое значение имеет чувство безопасности при осуществлении интеракций, включая использование электронной почты, чатов, ICQ и т.п)
- возможность для реализации представлений, фантазий с обратной связью (в том числе возможность создавать новые образы "Я"; вербализация представлений и/или фантазий, не возможных для реализации в обычном мире, например, киберсекс, ролевые игры в чатах и т.д.)
- чрезвычайно широкая возможность поиска нового собеседника, удовлетворяющего практически любым критериям (здесь важно отметить, что нет необходимости удерживать внимание одного собеседника – т.к. в любой момент можно найти нового)
- неограниченный доступ к информации ("информационный вампиризм”) (занимает последнее место в списке, т.к. в основном опасность стать зависимым от Всемирной Паутины подстерегает тех, для кого компьютерные сети оказываются, чуть ли не, а иногда и единственным средством общения)
Термин "интернет-зависимость” (ИЗ) предложил доктор Айвен Голдберг [2] в 1996 году для описания патологической, непреодолимой тяги к использованию Интернет. Диагностические критерии расстройства в целом соответствуют критериям DSM-IV для нехимических зависимостей:
А. Использование компьютера вызывает дистресс.
В. Использование компьютера причиняет ущерб физическому, психологическому, межличностному, семейному, экономическому или социальнуму статусу.
Имеется взаимосвязь с такими нехимическими аддикциями как работоголизм и гэмблинг (патологическая игра) [2].
В другой статье, размещенной в Интернет, Dr. Goldberg характеризует ИЗ как "оказывающую пагубное воздействие на бытовую, учебную, социальную, рабочую, семейную, финансовую или психологическую сферы деятельности". Голдберг предпочитал использовать термин "патологическое использование компьютера” (PCU – pathological computer use). В настоящее время PCU употребляется для более широкой категории, в которой некто патологически использует компьютер вообще, включая виды использования, не относящиеся к социальным, а. термин "интернет-зависимость” используется для обозначения патологического использования компьютера для вовлечения в социальные взаимодействия. Доктор М. Орзак [4] выделила следующие психологические и физические симптомы, характерные для PCU:
Психологические симптомы:
- Хорошее самочувствие или эйфория за компьютером. - Невозможность остановиться. - Увеличение количества времени, проводимого за компьютером. - Пренебрежение семьей и друзьями. - Ощущения пустоты, депрессии, раздражения не за компьютером. - Ложь работодателям или членам семьи о своей деятельности. - Проблемы с работой или учебой.
Физические симптомы:
- Синдром карпального канала (туннельное поражение нервных стволов руки, связанное с длительным перенапряжением мышц). - Сухость в глазах. - Головные боли по типу мигрени. - Боли в спине. - Нерегулярное питание, пропуск приемов пищи. - Пренебрежение личной гигиеной. - Расстройства сна, изменение режима сна.
Согласно исследованиям Кимберли Янг [3] опасными сигналами (предвестниками ИЗ) являются:
- Навязчивое стремление постоянно проверять электронную почту - Предвкушение следующего сеанса он-лайн. - Увеличение времени, проводимого он-лайн. - Увеличение количества денег, расходуемых он-лайн.
Проведено оригинальное исследование, с использованием теста, предложенного К. Янг (1996 г.). На www-сайте в Интернет размещен переведенный и адаптированный тест на интернет-зависимость. Сайт является участником Rambler, ссылки на него были размещены в ряде www-чатов и телеконференций. За неполных 5 месяцев исследования получено более 600 анкет, принято к обработке - 570. Из них 196 женщин, 374 мужчины. Возраст опрошенных от 12 до 47, значение медианы возраста - 23 года. 49% имеют высшее образование, 20% - среднеспециальное, 15% - незаконченное высшее. 32% респондентов продолжают образование. 78% используют Интернет для работы, остальные 22% исключительно для отдыха и развлечения.
Распространенность этого расстройства составляет примерно 2% (по данным К. Янг – 1–5%), причем более подвержены ему гуманитарии и люди, не имеющие высшего образования, нежели специалисты по компьютерным сетям. Среди подверженных зависимости преобладают мужчины (67%) (по данным исследования, проведенного университетом в Hertfordshire, Великобритания [1], пол роли не играет). Скорее всего, это связано с тем, что в Рунете пока женщин просто в принципе меньше. Также подтвердились данные о том, что сравнительно часто среди лиц, страдающих интернет-зависимостью, встречаются злоупотребляющие алкоголем, патологические игроки или любовные/избегания аддикты. Стаж пребывания в Интернет у зависимых в среднем более 2-х лет, однако, наблюдается значительное количество опрошенных, набравших по тесту К. Янг "пограничное” количество баллов со стажем менее года. Здесь можно предполагать, скорее, не предрасположенность к зависимости, а увлечение новой "игрушкой”.
Терапия:
За рубежом существует несколько он-лайн центров поддержки интернет-аддиктов, один из которых основан К. Янг, самым известным исследователем Интернет-зависимости. В Рунете на сегодняшний день есть Служба Анонимной Помощи пользователям Интернет, предлагающая психологическую поддержку он-лайн с помощью ICQ – сетевой аналог ”телефона доверия” и "Виртуальная психологическая служба” . Как бы не были хороши виртуальные службы психологической помощи, все же большинство специалистов рекомендуют очную индивидуальную и/или групповую психотерапии, с акцентом на работе с образами, эмоциями, т.к. аддикты, как правило, испытывают значительные затруднения на эмоциональном плане. Учитывая определенные трудности в осуществлении межличностных взаимодействий и социальной адаптации у лиц, страдающих интернет-зависимостью, в лечении предпочтительнее использовать именно групповые варианты психотерапии.
ЛИТЕРАТУРА:
O. Egger, Prof. Dr. M. Rauterberg "Internet Behavior and Addiction”, 1996
Ivan Goldberg, MD Web Publishing 1996-1999
Kimberly Young Web Publishing 1996-1999
Maressa Hecht Orzack, Ph.D. Web Publishing 1996-1999
Установлено, что азартные игры могут вызывать зависимость, в чем-то напоминающую алкогольную или даже наркотическую. В детском возрасте игровая зависимость обычно развивается в отношении компьютерных игр. При этом такая полезная и необходимая вещь, как компьютер, таит в себе еще одну опасность — зависимость от него самого.
Впервые о компьютерной зависимости заговорили американцы в конце 80-х гг. прошлого века. По их мнению, ее симптомами являются: навязчивое желание проверять свой почтовый ящик в Интернете, постоянное ожидание очередного выхода в сеть, пристрастие к работе (играм, программированию или другим видам деятельности) и непреодолимая тяга к поиску информации в сети. Из-за неограниченного доступа к информации это нередко создает иллюзорное ощущение всесильности. Особая опасность стать зависимым от Интернета подстерегает тех, для кого компьютерные сети оказываются почти единственным средством общения с миром.
Другим проявлением компьютерной зависимости является патологическое стремление играть в сетевые игры, привязанность к on-line-аукционам или электронным покупкам в Интернете. Побочным эффектом видеоигр становится чрезмерная вовлеченность, нарастание агрессивности (особенно у детей).
Специалисты в области интернет-зависимости особо выделяютувлечение общением on-line с друзьями по сети. Это опасно, поскольку может повлечь за собой желание заменить реальную жизнь, семью, друзей виртуальной жизнью, удовлетворяющей практически любым критериям.
Если человек лишается возможности пользоваться компьютером и выходом в Интернет, у него возникает подавленное настроение, все остальное в жизни теряет свой смысл. В запущенных случаях зависимый перестает обращать внимание не только на окружающих, но и на себя, на свой внешний вид, перестает выполнять элементарные гигиенические процедуры.Самостоятельные попытки избавиться от зависимости чаще всего приводят к развитию депрессивного состояния, которое проходит, когда больной возвращается к привычному занятию.
Основная проблема избавления от любой зависимости состоит в том, что личность больного искажена, дисгармонична, а потому даже при активном желании излечиться закрепить достигнутый результат бывает очень непросто. В психиатрической практике неоднократно встречались случаи, когда избавившиеся от наркотической зависимости люди становились игроманами. По мнению врачей, тяга к игре намного сильнее и избавиться от нее труднее, чем от наркотиков.
В той или иной степени такого рода зависимостью могут страдать все люди. На ее развитие могут повлиять даже изменения политического строя, материального благосостояния. Игровая зависимость характерна для инфантильного общества: надежда на удачу, игра, счастливый случай освобождают от ответственности, от необходимости самостоятельно принимать серьезные решения.
Медицина против игромании
Проблема лечения игровой зависимости, которая признана серьезной угрозой психическому и физическому здоровью населения, вызвала серьезное беспокойство и в нашей стране. 21–22 июня в Москве прошла научная конференция с международным участием «Игровая зависимость: мифы и реальность».
Это первое мероприятие, где эти проблемы обсуждались на государственном уровне. Среди участников были не только специалисты-практики: психиатры, психологи, психотерапевты, но и представители законодательной (Государственная дума, Московская городская дума) и исполнительной власти (Министерство здравоохранения и социального развития, Министерство образования и науки), представители СМИ.
Отметив всю опасность игровой зависимости как у детей, так и у взрослых, участники конференции пришли к выводу, что к решению этой проблемы нужно подходить комплексно, привлекая к работе все общественные институты. Необходимы серьезные изменения в законодательной сфере, регулирующей игровой бизнес, производство и реализацию компьютерных игр, а также контроль за их исполнением. Кстати, принимавший активное участие в конференции представитель игрового бизнеса Д.Я. Слободкин (Генеральный директор российско-испанского предприятия «Фортуна») был солидарен с остальными участниками, выступавшими за развитие цивилизованного и контролируемого игорного бизнеса. Работа с зависимыми людьми должна носить комплексный характер: здесь необходимо взаимодействие медиков, психологов, педагогов, социальных работников.
Говоря о конкретных мерах по лечению и профилактике игровой и компьютерной зависимости, директор Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени В.П.Сербского академик Татьяна Дмитриева объявила о создании специальной группы по решению этих проблем.
Планируется также создать сеть центров, в которых будут оказывать помощь всем желающим преодолеть зависимость от азартных игр. Поскольку официальной статистики по игромании в России нет, создаваемые подразделения будут проводить и статистические исследования. В ближайшее время ожидается выход монографии по проблемам игровой зависимости.
Аналог волшебной палочки
К сожалению, основное внимание участники конференции уделили игровой зависимости взрослых, что, безусловно, является серьезной проблемой. Но специалисты, работающие с детьми, большую опасность видят в возрастающей компьютерной зависимости детей и подростков. Здесь каждый случай требует особого изучения: часто за кажущейся компьютерной зависимостью могут скрываться психологические проблемы, такие как неуспешность ребенка в реальной жизни, неумение общаться, социальная дезадаптированность.
Как правило, компьютерными аддиктами становятся дети и подростки, имеющие нестабильные и конфликтные семейные или школьные отношения, без серьезных увлечений. Именно они находят в виртуальном мире отдушину и считают свое пребывание в сети или успехи в компьютерной игре достаточными для самоутверждения и для улучшения психологического состояния, считает Тамара Ахрямкина (Самарский филиал Московского городского педагогического университета).
По мнению Юрия Шевченко (доктора медицинских наук, заведующего кафедрой детской и подростковой психиатрии, психотерапии и клинической психологии Российской медицинской академии постдипломного образования), специалистам, работающим с детьми, надо хорошо понимать те чувства, которые испытывает ребенок во время увлеченной игры на компьютере: «Игра дает ребенку те эмоции, которые может, но не всегда дает ребенку жизнь. Это широчайший спектр — от положительных эмоций до отрицательных: восторг, удовольствие, увлеченность, досада, гнев, раздражение. И все это можно испытать, не вставая с места! Есть и другой важный аспект: ребенок в игре получает власть над миром. Компьютерная мышка — аналог волшебной палочки, благодаря которой, практически не прикладывая усилий, ты становишься властелином мира. У ребенка создается иллюзия овладения этим миром. Проиграв, он может переиграть, вернуться назад, что-то переделать, заново прожить неудавшийся кусок жизни. Это особенно засасывает детей, которые болезненно ощущают свою неуспешность, детей, которым в силу тех или иных причин не удается идти в жизни по пути «радостного взросления».
Мальчиков привлекает реализация их агрессивных тенденций. Ведь практически все подростковые компьютерные игры построены на агрессии и убийствах. А ведь ролевая игра не простое развлечение. В такого рода играх быстро усваиваются модели поведения. Поэтому в ряде стран детям до 18 лет запрещено играть в некоторые особо агрессивные компьютерные игры, так как они могут спровоцировать незрелую, неразвитую личность на реализацию агрессивных импульсов уже не в игре, а в жизни».
С точки зрения психологии наиболее интересными и опасными для детей являются ролевые игры (RPG — role playing games). По сведениям целого ряда зарубежных и российских психологов, именно ролевые игры способны больше всех остальных компьютерных игровых программ сформировать устойчивую психологическую зависимость. Только в случае с RPG-играми можно пронаблюдать распад личности на «Я идеальное» и «Я реальное», нарастание разрыва между которыми влечет усиление дезадаптации и нарушение психического состояния.
Не меньшую опасность для неокрепшей психики детей, считают специалисты, таит и, казалось бы, безобидное общение в Интернете. Бывают случаи, когда у некоторых психически неустойчивых подростков, «примеряющих» на себя различные виртуальные образы, возникают проблемы с самоидентификацией — происходит отчуждение «я», начинается раздвоение личности по типу компьютерной шизофрении.
Но даже если компьютер ребенка не подключен к Интернету, это не означает, что многочасовое сидение полезно для детей. «Компьютер искажает мышление ребенка, учит мыслить не творчески, а технологически. Есть задача, итог и комплекс средств, при помощи которых можно решить эту задачу. Все! Таким образом, мышление ребенка программируется, творческие способности не развиваются. Происходит роботизация мышления, уходят эмоции, сострадание, человечность — то, что раньше всегда было присуще детям. Поэтому, на мой взгляд, для развивающегося ребенка компьютер вреден. Чем позже мальчик или девочка за него сядут, тем лучше», — считает Юрий Шевченко.
Детские психологи и психиатры уверены, что единственным на настоящий момент проверенным способом профилактики компьютерной зависимости у ребенка является увлечение деятельностью, не связанной с частым использованием компьютера, чтобы он не стал заменой реальной жизни. Задача взрослых — показать растущему человеку, что существует масса интересных занятий, в частности спорт, туризм, которые не только позволяют пережить разнообразные острые ощущения, но также тренируют тело и нормализуют психологическое состояние.
Ольга РЕШЕТНИКОВА
Детские психиаторы о компьютерной зависимости
Компьютер – заветная мечта каждого современного мальчишки. Да и многие родители считают «умный ящик» неотъемлемой составляющей достойного качества жизни, а потому покупают его ребенку или дают деньги на посещение компьютерных клубов, которые в последние годы стали очень популярны. Но в среде врачей и психологов все чаще раздаются голоса тревоги, предупреждающие о негативных последствиях этого модного увлечения и даже приравнивающие его к наркомании.
Об этом наша беседа с доктором медицинских наук, заведующим кафедрой детской и подростковой психиатрии, психотерапии и клинической психологии Российской медицинской академии постдипломного образования, президентом Фонда социальной и психической помощи семье и детям Юрием Степановичем Шевченко, заведующим отделением Центра охраны психического здоровья детей и подростков Анатолием Григорьевичем Мазуром и работающем в этом отделении врачом-психиатром Русланом Марсельевичем Гусмановым.
А.Г. Мазур: В острое отделение 6-й психиатрической детской больницы, которое в перестройку переименовали в Центр охраны психического здоровья, попадают дети с трудностями поведения. В основном родителей беспокоит то, что дети отказываются посещать школу, прогуливают уроки. Когда мы начинаем разбираться в причинах, выясняется, что многие из них вместо школы с утра до вечера просиживают в компьютерных клубах. Естественно, на это нужны деньги, так как клубы платные. Следовательно, начинается воровство. Для чего детям нужны деньги, родителей обычно волнует мало. Для них важен сам факт воровства и то, что ребенок не ходит в школу, связался с какой-то непонятной компанией, не ночует дома. Детей с такими отклонениями поведения кладут именно в острое отделение больницы, вот почему они оказываются у нас. А в основе расстройства поведения сейчас все чаще лежит чрезмерное увлечение компьютерными играми в салонах.
– В прошлом году правительство Москвы приняло постановление, запрещающее подросткам находиться вне дома без родителей после девяти часов вечера…
А.Г. Мазур: Оно абсолютно не работает. Ведь если удалить подростков из компьютерных клубов, кто там останется? Взрослый человек там сидеть не будет, а подростки просиживают сутками. В последнее же время у этих игр появился и криминальный оттенок.
– В каком смысле?
Р.М. Гусманов: Некоторые завсегдатаи компьютерных клубов превращают игру в средство заработка. Недавно наша отечественная команда, состоящая из молодых людей, заняла второе место в мире по сетевым компьютерным играм. Выходит, у нас уже появились профессиональные игроки. На результат игры делаются ставки, причем немалые. Соответственно, данная сфера начинает криминализоваться. Деньги делаются практически из воздуха. Можно сказать, появился новый вид бизнеса, основанный на эксплуатации незрелой психики ребенка.
– Дети какого возраста особенно легко «подсаживаются» на компьютер?
Р.М. Гусманов: Подростки двенадцати-пятнадцати лет.
– Когда в вашей врачебной практике впервые появились дети – жертвы компьютерных клубов?
А.Г. Мазур: Пару лет назад ко мне обратился мой коллега, восемнадцатилетний сын которого, «зависнув» на какой-то военной стратегической игре, впал в психотическое состояние. В течение двух недель мы это состояние купировали, пришлось его лечить как настоящего больного. Так что проблема «проклюнулась» где-то два года назад, а в последний год стала более отчетливо выраженной. Патология явно нарастает. Можно констатировать, что большая часть детей, поступающих к нам, в основе своих поведенческих отклонений имеет чрезмерное увлечение компьютерными играми. Наше отделение рассчитано на шестьдесят коек. Из них более трети пациентов – жертвы компьютерных игр. Они играют дни и ночи напролет, пропадают в клубах сутками, тратят на это все деньги. Компьютерные игры становятся мощнейшим дезадаптирующим фактором. Ребенок уже не может без них жить, формируется так называемое влечение, с которым сам он уже не способен справиться. Необходимо участие психологов, социальных работников, педагогов, а подчас и врачей, которые помогли бы ребенку выйти из этого состояния. Можно ли назвать это болезнью, я пока не знаю, вопрос требует специального изучения. Но факт тот, что состояние компьютерной зависимости ребенка дезадаптирует, «вышибает» из жизни. Притом «вышибает» полностью, поскольку у ребенка не остается других интересов, кроме игры. Она становится доминантой, как у наркотик у наркомана. Поэтому можно сказать, что компьютерная зависимость – вид наркомании.
– А почему дети, увлекшиеся компьютером, становятся повышенно раздражительными?
А.Г. Мазур: Когда наркомана лишают наркотика, его отсутствие, естественно, дает реакцию – начинается ломка. Кроме того, длительное просиживание за компьютером вызывает, как и наркомания, выраженную астенизацию психики. Детская психика уже не в состоянии переносить нагрузки, которые она могла переносить раньше. Отсюда проистекает и более легкое формирование зависимости, и, естественно, факультативные симптомы в виде раздражительности, бессонницы, колебания настроения, агрессивности, импульсивности, повышенной утомляемости.
– Вы сказали, что проблема возникла два года назад. С чем это связано?
А.Г. Мазур: Не могу сказать. Может быть, кто-то с этим сталкивался и раньше, но в нашей больнице она «зазвучала» именно в последнее время.
Р.М. Гусманов: Конечно, эта проблема новая и пока мало изученная. Родители обычно не обращают внимания на поглощенность ребенка компьютером, если в его поведении не возникают другие ярко выраженные отклонения, такие как воровство денег, прогулы школы, бродяжничество. Да к тому же наши люди опасаются идти к психиатрам и тем более класть ребенка в психиатрическую больницу. Это делают в самом крайнем случае.
– А как обстоят дела на Западе?
Р.М. Гусманов: Судя по публикациям, там эта проблема обозначилась тоже недавно, с 1995 года, а особую остроту приобрела к началу нового столетия. В 2000 году появились серьезные материалы в солидных журналах. Причем поначалу проблему разрабатывали психологи, а теперь уже подключились и психиатры, работающие в ведущих центрах и клиниках. Правда, на Западе подростки в основном страдают от интернет-зависимости. В наших домах интернет есть пока не у всех, и подростки идут в клубы. Компьютерные клубы стали своеобразным аналогом вокзалов, где еще недавно дети, склонные к бродяжничеству, проводили все свое время. Клуб – очень удобное место для таких детей. Во-первых, там нет милиции, которая теперь довольно строго охраняет вокзалы. Во-вторых, там интересные игры. В-третьих, можно выспаться и отогреться. А если повезет, и разжиться деньгами!
– В основном компьютером увлекаются мальчики?
Р.М. Гусманов: Да.
– Почему компьютер так притягивает детей?
Ю.С. Шевченко: Прежде всего он дает все те эмоции, которые может, но не всегда дает ребенку жизнь. Это широчайший спектр – от положительных эмоций до отрицательных: восторг, удовольствие, увлеченность, досада, гнев, раздражение. И все это можно испытать, не двигаясь с места! Есть и другой важный аспект: ребенок в игре получает власть над миром. Компьютерная мышка – как бы аналог волшебной палочки, благодаря которой, практически не прикладывая усилий, ты становишься властелином мира. У ребенка создается иллюзия овладения этим миром. Проиграв, он может переиграть, вернуться назад, что-то переделать, заново прожить неудавшийся кусок жизни. Это особенно засасывает детей, которые болезненно ощущают свою неуспешность, детей, которым в силу тех или иных причин не удается идти в жизни по пути, так сказать, «радостного взросления».
Р.М. Гусманов: Мальчиков еще привлекает реализация их агрессивных тенденций. Что греха таить, практически все подростковые компьютерные игры построены на агрессии и убийствах. Во многих играх происходит прямо-таки тотальный гомицид, дозволенное убийство. А ведь ролевая игра не простое развлечение. В такого рода играх быстро усваиваются модели поведения. Поэтому в ряде стран детям до 18 лет запрещено играть в некоторые особо агрессивные компьютерные игры, так как они могут подвигнуть незрелую, неразвитую личность на реализацию агрессивных импульсов уже не в игре, а в жизни.
– А какую опасность таит в себе интернет?
Р.М. Гусманов: Остановлюсь всего на нескольких моментах. Как вы знаете, в интернете есть так называемые «чаты» – специальные сайты для общения. Можно выходить в интернет под своим именем, а можно себе все выдумать: имя, биографию, имидж. Так вот, у некоторых психически неустойчивых подростков в связи с этим возникают проблемы с самоидентификацией – происходит отчуждение «я», начинается раздвоение личности по типу компьютерной шизофрении. Приведу в пример девочку, которая выступала на таких чатах в пяти ипостасях. В конце концов такие опыты пагубно отразились на ее психике. Вторая же патология – когда ребята начинают лихорадочно рыскать по сайтам, бессмысленно скачивая информацию. Сама по себе информация им в общем-то не нужна, для них самоцель – «сидение в интернете». Ну, а для взрослых, как и на Западе, основную опасность представляет собой киберсекс и вовлечение через интернет в азартные игры, формирующие патологическую личность игрока.
– Какие дети имеют особую предрасположенность к компьютерной зависимости?
Р.М. Гусманов: Самое главное – личностная незрелость. Здесь, конечно, есть и биологические причины задержки роста личности, и какая-то психическая неполноценность.
Ю.С. Шевченко: Можно установить корреляцию видов зависимости с личностным преморбидом. Скажем, психически неустойчивых подростков больше привлекает возможность сиюминутного получения удовольствия, информации и т.п. Подростков эпилептоидного плана разработчики компьютерных игр «подлавливают» на азарте, на увлечении материальной стороной жизни и, конечно, на агрессивности. Шизоидам, которые плохо приспосабливаются к реальности, предоставляется возможность фиктивного овладения иллюзорным миром. А приманка для истероидов – это общение в сети, когда они могут примерять на себя разные роли, представать в разных обличьях и таким образом пытаться изжить свои комплексы. Но вообще-то эта проблема требует отдельного изучения.
– Какой в среднем период привыкания к компьютеру?
Р.М. Гусманов: Это зависит от личности. Некоторые «зависают» сразу. Другие начинают потихоньку, с домашнего компьютера, потом попадают в клуб, и ситуация усугубляется.
– Какие игры пользуются особенной популятностью?
Р.М. Гусманов: Сетевая игра «Counter Strike». По форме это обычная игра из серии «бродилок-стрелялок», но в ней есть реальные, живые соперники, а не машина-компьютер. Тот чемпионат, который я упоминал в начале беседы, был как раз по игре в «Counter Strike».
– Часто приходится сталкиваться с утверждением, что при всех минусах в приобщении ребенка к компьютеру есть много положительного. Выскажите, пожалуйста, ваше мнение.
А.Г. Мазур: Компьютер искажает мышление ребенка, учит мыслить не творчески, а технологически. Есть задача, итог и комплекс средств, при помощи которых можно решить эту задачу. Все! Таким образом, мышление ребенка программируется, творческие способности не развиваются. Происходит роботизация мышления, уходят эмоции, сострадание, человечность – то, что раньше всегда было присуще детям. Поэтому, на мой взгляд, для развивающегося ребенка компьютер вреден. Чем позже мальчик или девочка за него сядут, тем лучше.
– В Москве есть Центр коммуникативных исследований, сотрудники которого занимаются изучением компьютерных игр. Они пришли к выводу, что современные игры преднамеренно моделируют девиантное, деструктивное поведение.
А.Г. Мазур: Конечно! Такие люди сразу становятся не созидательными, творческими членами общества, а наоборот, разрушителями.
– Как должно реагировать общество на угрозу компьютерной наркомании?
Ю.С. Шевченко: Оно должно осознать, что компьютерная наркомания, как, впрочем, и другие формы отклоняющегося поведения подростков, во многом связана с исчезновением общественно-государственного института инициации, с ликвидацией подростково-молодежных организаций типа пионерской или комсомольской. Я сейчас говорю не о содержании их работы, а о форме. По форме такие организации естественны для любого традиционного общества. Неслучайно слова «пионер» и «скаут» переводятся одинаково – «разведчик». Разведчик во взрослой жизни. И когда никто эту разведку не организовывает, она организовывается стихийно. Но хотя бы, как в данном случае, не в виде подростковой банды, а в виде некоей параллельной жизни, дезадаптирующей ребенка, уводящей его от реальности.
А.Г. Мазур: Насчет банды позвольте с Вами не согласиться, Юрий Степанович. В случае материальных затруднений подростки вполне могут объединиться в небольшую стайку и ограбить какого-нибудь сверстника: отобрать у него сотовый телефон или деньги и на них продолжить игру. У нас таких случаев сколько угодно.
Ю.С. Шевченко: Необходимо, конечно, и детально, комплексно изучить проблему компьютерной зависимости. Здесь есть материал для очень многих специалистов: социологов, педагогов, психологов, медиков. Либо какое-то учреждение должно взять на себя проведение такой научной государственной программы, либо этим может быть неформальное объединение разных организаций, энтузиастов, государственных и негосударственных структур.
– Например, ваш Фонд социальной и психической помощи семье и детям?
Ю.С. Шевченко: Да, или же Ассоциация детских психиатров и психологов. В любом случае, без интегративного подхода изучение проблемы будет однобоким и малопродуктивным. К сожалению, в ближайшее время рассчитывать на то, что государство будет финансировать подобные исследования, не приходится. Поэтому если появятся какие-то внебюджетные источники финансирования, то это было бы очень кстати. Причем для объединения нам вполне может пригодиться тот же самый интернет. Наверное, имеет смысл создать сайт для всех заинтересованных лиц и организаций, чтобы мы могли делиться информацией, создавать и реализовывать совместные научные и практические программы.
Р.М. Гусманов: Да, к сожалению, проблема компьютерной зависимости вошла в нашу жизнь всерьез и надолго. Надеяться, что все как-то само собой рассосется, не приходится.
– Ну, а пока суд да дело, как врачи реабилитируют подростков, «подсевших» на компьютер?
Р.М. Гусманов: Пока мы в самом начале пути и лечим таких ребят, как обычных больных: и медикаментозно, и психотерапевтически. Но всех проблем это не решает.
Ю.С. Шевченко: Конечно! Предположим, мы избавили ребенка от его патологического влечения, дезактуализировали проблему. Но все равно остается проблема инициации, поиска групповой подростковой среды, выстраивания взаимоотношений со сверстниками, обретения смысла жизни. Мы должны предложить альтернативы, эмоционально не менее привлекательные, но более социально приемлемые и не угрожающие потерей психического и физического здоровья.
– А что вы можете сказать о случаях рецидивов? Насколько они часты?
Р.М. Гусманов: Как и у других больных с девиантным поведением. Мы в психиатрической больнице решаем сугубо медицинскую проблему, но социальная реабилитация, реадаптация детей затем повисает в воздухе, и, конечно, вероятность рецидивов весьма высока. Если семья не меняет своих установок, не идет на решение внутрисемейных проблем, то ребенок, возвращаясь домой, вновь погружается в травмирующую среду. Беседу вела Татьяна Шишова Источник: "Православие.Ру"
Данный фильм не рекомендуется смотреть особо нервным и впечатлительным
Главная страница
